Музыка

БЕРБЕРОВА НИНА КУРСИВ МОЙ СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Posted On
Posted By admin

Не познай вообще человека, или людей, или своих друзей, но именно самого себя. Отзывы о «Нина Берберова — Курсив мой» Отзывы читателей о книге «Курсив мой», комментарии и мнения людей о произведении. Гнездо и муравьиная куча Эта книга — не воспоминания. Я ни в кого никогда не могла заглянуть так внимательно и глубоко, как в самое себя. Андрей Белый — Книга 2. Я никогда не забыла его.

Добавил: Zululkis
Размер: 47.37 Mb
Скачали: 12876
Формат: ZIP архив

Покинув Россию в году, писательница большую часть жизни прожила во Франции и США, близко знала многих выдающихся современников, составивших славу русской литературы XX века: Горького, Андрея Белого, Н.

Читать «Курсив мой» — Берберова Нина Николаевна — Страница 1 — ЛитМир

Берберовой, живые и остроумные, порой ироничные и хлесткие, блестящи по форме. Эта книга — не воспоминания. Эта книга — история моей жизни, попытка рассказать эту жизнь в хронологическом порядке и раскрыть ее смысл. Я любила и люблю жизнь и не меньше ее но и не больше люблю ее смысл. Я пишу о себе в прошлом и настоящем, и о прошлом берберрова моим настоящим языком. В разное время я писала случайные очерки воспоминаний и, когда говорила о себе, чувствовала себя не совсем ловко, словно я навязывала читателю героя, которого он от меня не ждет.

Читать онлайн «Курсив мой» автора Берберова Нина Николаевна — RuLit — Страница 1

Здесь я буду говорить больше о себе, чем обо всех других, вместе взятых: Мысль моя живет не только в Прош- лом как памятьно и в настоящем как сознание себя во времени. Будущего может не быть вовсе, или может быть оно кратковременно, схематично и фрагментарно. История моей долгой жизни имеет, в моем сознании, начало, середину и конец. В процессе рассказа будет ясно, в чем я вижу смысл этой жизни и может быть смысл всякой жизни и где путь к тому смыслу или хотя бы где-то направление, где этот путь лежит.

Я буду говорить о познании себя, об освобождении себя, о раскрытии себя, о зрелости, дающей право на это рас- крытие, об одиночестве в муравьиной куче, которое для меня всегда было чем-то более соблазнительным и плодотворным, чем одиночество в гнезде.

Это одна из тех установок, которая пришла ко мне вовремя. Я во многом, но далеко не во всем, была развита преждевременно, но я научилась думать сравнительно поздно, и слишком куррсив я опаздывала, теряя драгоценное время — ту единственную основу жизни, ту ткань ее, которую нельзя ни купить, ни обменять, ни украсть, ни подделать, ни вымолить. Автобиография в отличие от мемуаров откровенно моы.

Нина Берберова «Курсив мой» — о таинственном Серебряном веке

Автобиография — рассказ о себе, воспоминания — рассказ о. Впрочем, случается, что и воспоминания бердерова больше говорят о самом авторе, чем о людях, о которых он вспо- минает. Я когда-то давно прочитала в одном еженедельнике очерк, назывался он «Три встречи с Львом Толстым».

О Толстом курсви не узнала ничего, но как много я узнала об авторе очерка! Я никогда не забыла. Сейчас большинство книг в западном мире — вот уже лет пятьдесят пишутся о.

  КАРИМБОЙ РАХМОНОВ КУШИКЛАРИ МР3 СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Иног да кажется, что даже книги по математике и астрофизике стали писаться их авторами отчасти о. Моя задача написать о жизни нин, не ставя смысла впереди жизни, будто ценишь его превыше всего, но и не ставя его позади жизни так, чтобы сквозь жизнь просвечивал ее смысл.

Я хочу писать, осмысляя то, что было и самое себято есть давая факты и размышления о. В этом двойном раскрытии мне представляется пережитое. Я ни в кого никогда не могла заглянуть так внимательно и глубоко, как в самое.

Иногда я старалась, особенно в молодости, это делать, но это мало удавалось. Быть может, есть люди, которые умеют это делать, но я не встречала.

Во всяком случае, я не встречала людей, которые могли бы заглянуть в меня дальше, чем я это делала. Познай самого себя — это всегда было фактом моей жизни, берберовк, я не могу вспомнить когда, появился в нинв соз- нании.

Не познай вообще человека, или людей, или своих друзей, но именно самого. Я помню хорошо, как я впервые узнала, что земля круглая, или что все взрослые когда-то были детьми, или что Линкольн освободил негров я долго думала, что он и сам был негр, глядя в его грустное, темное лицоили что мой отец — нерусский.

Но я не могу вспомнить, когда в моем сознании появился факт о познании самой себя и смотрении внутрь. Сколько я помню, он всегда был во мне, только, конечно, в разное время по-разному: Во всяком случае, пребывая со мной постоянно, она была ярче и требовательней в детстве, чем в молодости, и всего сильнее и неотступнее живет со мной.

У каждого человека есть тайны. Но некоторые люди несут их сквозь жизнь, как тяжесть, а другие дорожат ими, берегут их, считают их не омертвелым грузом, но живой силой, которая живет и развивается и дает жизнь вокруг себя, той силой, из которой, собственно, до последней минуты существования произрастает личность. Через эти тайны прошлое во мне соединяется с настоящим.

Берберова Нина — Курсив мой

Я принадлежу к людям, у которых нет ничего, что бы они тащили за собой, как мертвую тяжесть, подавляющую или угнетающую. То, что я в свое время не сбросила моы себя, увидев, что оно бесплодно, тому я дала цвести в себе, быть живым, менять меня, давать жизнь моей жизни. Я кажется — из всякого балласта делала моф горестное или радостноено непременно живое.

Смотря на себя, я вижу, что мне, как говорится, все шло впрок, и если расплата за это иногда бывала непомерной, так ведь это была расплата за жизнь. И у меня было постоянное сознание, что за жизнь не может быть и нет непомерной расплаты, что бояться переплатить — значит внутренне умереть.

Я никогда не чувствовала свою отъединенность от мира и, даже если говорить правду, чув- нира свою сознательную слитность с ним еще тогда, когда лет тому назад и не по-дозревала, что человек и омй — одно и то же, что нет органического и неорганического мира, что звездная туманность повторяет рисунок новооткрытых элементов и что человек по своим размерам стоит посередине между этой звездной туманностью и атомом.

  ПЕТЛЯ ОРИОНА СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО

Заряд энергии, который есть во мне и который я ощущаю, как волну тепла, проходящую по мне, когда я говорю слово «я», не может быть отъединен от всей энергии или суммы энергий мира в скале, в берберлва, в другом человеке.

Она — часть целого, и я — часть береброва. И бывают минуты, когда эту часть вселенной я ощущаю больше целого. Я знаю, что мне, фактом моего рождения, был дан этот электрический заряд, колоссальный заряд громадной силы, если принять во внимание долголетие, здоровье, самосознание и возможность — до сих пор — моего самоизменения, и что в миг, когда его не будет, — его не.

Познание себя было только первой задачей, второй было самоизменение. То есть, узнав себя, освободить себя, прийти к внутреннему равновесию, найти ответы на вопросы, распутать узлы, свести путаный и замельчанный рисунок берлерова нескольким простым линиям. Получить то, что никогда ни отнято, ни нарушено быть не может: И значит, в обретенном равновесии найти уверенность, что эти чудовища уже никогда не сделаются навязчивыми идеями, от которых в старости нет спасения.

Похожие книги на «Курсив мой»

Все это звучит страшно серьезно. Читатель, может быть, уже видит перед собой строгое лицо, очки, усы, вставные зубы, седые, прямые, коротко остриженные на затылке волосы редеющие на темени и то скучное, толстое и бебрерова «вечное» перо, которое держит артритическая рука с синими жилами.

У меня не только нет усов, но и бровей-то. В юности у меня было лицо миловидное и без всякого выражения, годам к сорока лицо сделалось худым и очень грустным. А теперь не мне судить, какое. Да я и не очень сейчас помню его, когда это пишу.

Знаю только, что еина поработало топором над моими чертами: Лоб стал твердым, и весь овал в своих тенях живет теперь жизнью куда более интенсивной, чем на ранних фотографиях. Но нос нинаа меня до сих пор короткий.

Похожие книги

Трансцендентное меня мало интересует. Оно для меня лежит где-то неподалеку от «опиума для народа», и его, как уголь пина нефть, кто-то эксплуатирует. Меня это не касается. Как только оно выходит из своих недр и пытается вмешаться в мою жизнь, я настораживаюсь: Все, что в христианской религии — одном из элементов нашей цивилизации ныне на наших глазах сливающейся с культурой — есть высокого, есть и было в других религиях, которые тоже есть бербпрова были элементами цивилизации.

Бога убивали, бога «вкушали» всегда